Как указано в постановлении Конституционного Суда РФ от 17.02.2026 № 7-П, законодатель, действуя в рамках своих полномочий, при регулировании гражданско-правовых отношений призван обеспечивать их участникам справедливое, отвечающее разумным ожиданиям граждан, потребностям рынка, социально-экономической ситуации, не ущемляющее свободу экономической деятельности и не подавляющее инициативу соотношение прав и обязанностей.
Сейчас обсуждают
Почему не выделяли не сказали.Может у них не было просто коляски.Дефицит колясок и за повышенного спроса в такие не простые времена....
В Балашове инвалиду не выдавали средство реабилитации→
ничё так милфа....
Председателя Балашовского районного суда наградили Почетной грамотой→
Жалейкина должна содействовать в выдаче средств реабилитации. Но у нее другая тактика. Инвалиды не обеспечены , только прокуратура или обращ...
В Балашове инвалиду не выдавали средство реабилитации→
Соответственно, нормы, закрепляющие права потребителя, в том числе его право на возврат товара надлежащего качества, проданного дистанционным способом, должны признаваться по общему правилу императивными, если они направлены на обеспечение его защиты как более слабой стороны договора.
В постановлении от 03.04.2023 № 14-П Конституционный Суд РФ также отметил, что в отношениях с профессиональными продавцами граждане-потребители подчас лишены возможности влиять на содержание договоров, что является для них фактическим ограничением свободы договора; соответственно, необходимыми становятся предоставление потребителю как экономически слабой стороне в этих правоотношениях особой защиты его прав и соразмерное правовое ограничение свободы договора для другой стороны, т.е. для профессионалов, с тем чтобы реально гарантировать соблюдение конституционного принципа равенства при осуществлении предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности.
Несмотря на то что не исключена возможность участия потребителя в согласовании условий договора, типичной является квалификация потребительских договоров как договоров присоединения (пункт 1 статьи 428 ГК Российской Федерации) или договоров, условия которых определены одной из сторон, притом что другая сторона в силу явного неравенства переговорных возможностей находилась в положении, существенно затрудняющем согласование иного содержания отдельных условий договора (пункт 3 статьи 428 ГК Российской Федерации).
Волеизъявление потребителя в таких случаях направлено по большей мере на выбор предмета договора (наименования и количества товара), даты и места доставки, а также способа доставки (например, самовывоз, почтовое отправление, передача товара курьером, экспедитором) и других доступных ему по усмотрению продавца опций.
Вместе с тем ни нормативные предписания, ни правоприменительная практика не определяют того, каким образом потребитель может исполнить обусловленные отказом от товара надлежащего качества обязанности, в том числе не конкретизируют способ и место вручения товара продавцу, а также порядок проверки состояния товара последним. Следовательно, по смыслу действующего правового регулирования решение этих вопросов относится к сфере автономии воли сторон, т.е. им позволено самостоятельно согласовать параметры взаимодействия в соответствующей части.
Применительно к случаю возврата товара надлежащего качества продавец - с учетом того, что согласно складывающейся судебной практике именно покупатель должен обеспечить ему возможность осмотра изделия на предмет сохранности его товарного вида и потребительских свойств, а также того, что в законодательстве отсутствуют даже общие требования к организации этой процедуры, - имеет фактическую возможность установить такой порядок действий потребителя, при котором затраты последнего на реализацию своего права (в том числе денежные и временны́е) будут не адекватны стоимости возвращаемого товара. Совершение каких-либо действий при таких обстоятельствах оказывается для гражданина экономически нецелесообразным, что заставляет его оставить неподходящий товар у себя и отказаться от осуществления права на его возврат. Ввиду этого данное право становится, по сути, декларативным и не может быть реализовано в силу установления искусственных барьеров, что дает основания для вывода о том, что оспариваемые законоположения не в полной мере достигают своих целей и, вопреки конституционным предписаниям, не обеспечивают необходимого преодоления неравенства возможностей сторон договора с участием потребителя.
Особенно ярко рассматриваемая проблема проявляется в случае дистанционной торговли в отношении потребителей, проживающих в населенных пунктах, где объективно ограничены количество торговых точек и представленный в них ассортимент. Дистанционный заказ товара с условием о его доставке в подобных случаях может быть, по сути, единственной возможностью приобрести необходимый товар. Соответственно, создавая условия для дистанционного сбыта продукции, предприниматель не может не учитывать необходимости обеспечения прав потребителей таким образом, чтобы возможность их реализации не ставилась в зависимость от места проживания потенциального контрагента.
Поэтому продавец, который разрабатывает для покупателя (потребителя) условия договора присоединения, в силу требования действовать добросовестно (пункт 3 статьи 1 ГК РФ) обязан предложить удобные способы возврата товара надлежащего качества, проданного дистанционно, минимизирующие расходы покупателя на возврат такого товара продавцу.
Иной подход, когда продавец ставит реализацию права на возврат товара в зависимость от трудновыполнимого для конкретного лица условия и, даже будучи уведомленным о возникшем затруднении, не предпринимает мер для достижения взаимоприемлемого компромисса, не соотносится с требованиями справедливости и добросовестного поведения, ожидаемого от экономически более сильной стороны договора.
Вместе с тем и надлежащее предварительное информирование покупателя о порядке возврата товара само по себе не всегда свидетельствует о добросовестности продавца в отношениях с покупателем.
Поскольку потребитель не способен повлиять на выработку этих условий или изменить их, он, скорее, полагается на модели поведения иных потребителей, сложившиеся в практике, собственный опыт, а также на закон, в котором ищет поддержку и защиту. В таких условиях было бы неверным во всех случаях возлагать на потребителя бремя негативных последствий невнимательного изучения всех условий договора присоединения, изложенных на сайте продавца или размещенных на цифровых платформах и не относящихся к существенным условиям договора, тем более что это способствовало бы не всегда оправданному отвлечению внимания экономически активных потребителей от социально полезной деятельности.
Напротив, осведомленность потребителя приобретает важное значение, когда речь идет об информации, необходимой для совершения действий, на которые он может повлиять (например, выбор товара в зависимости от его потребительских свойств).
Пункты 3 и 4 статьи 26.1 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» не соответствуют Конституции Российской Федерации, поскольку они не устанавливают для потребителя возможность возврата приобретенного им дистанционно (в частности, через сеть «Интернет») товара надлежащего качества дистанционным способом.
Федеральному законодателю надлежит - исходя из требований Конституции Российской Федерации и с учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, внести изменения в действующее правовое регулирование.
Впредь до внесения таких изменений возврат товара надлежащего качества, проданного дистанционно, осуществляется любым по усмотрению покупателя способом (дистанционно или указанным продавцом при продаже товара, а также по запросу покупателя), обеспечивающим возможность проверки состояния возвращаемого товара при его получении продавцом, в том числе посредством услуг перевозчика или организации связи (притом что сам покупатель принимает на себя риск случайной гибели или повреждения товара за время его транспортировки (доставки), а также несет транспортные и иные связанные с доставкой расходы).
Старший помощник прокурора города
Воеводина Е.Ф.
